• 12:26
  • 04 Мая 2018
  • , 165

За Родину: умереть почетнее, чем жить

берег реки

Великий и могучий социальный эксперимент (который длился около 70-ти лет) оставил нам всем ну, просто прекраснейшее наследство. Мы вроде и живём, и при этом находимся в постоянном Memento Mori – «помни о смерти». Иногда отказываются признавать, что она существует вообще. Но тем не менее. Парадоксы-парадоксы, а я маленький такой, в общем.

Попробую схематически объяснить, что имею в виду.

Рождается ребенок. Он абсолютно чист, невинен. Со временем ребенок начинает обрастать коростой в виде социальных условностей и требований. Он же должен во «взрослого» превратиться.

С младых лет этому условному ребенку вбивается в голову определенный паттерн: вот, гляди на портрет на стене или же памятник на площади – этот дядя молодец, потому что когда-то жил и сделал что-то хорошее. Ну, по крайней мере, мы, взрослые, думаем, что он был хороший. Значит, всё, что он делал – тоже хорошо. Где-то так. Ты, ребенок, не думай, а делай так, как мы тебе сказали.

Дальше маленького человека обучают нужным ритуалам, как, например, отдавать дань великим, скорбеть в памятные даты, носить цветы на могилы и понимать, что тот, назовем его условно, Деятель, которого уже нет, намного более ценен для мира, чем он, ребенок, живущий.

Ритуалы ритуалами, но по мере взросления возрастает концентрация шампуня для мытья головы изнутри. И наступает апофеоз! Моё любимое интерактивное шоу под названием «Умереть за родину».

Не иначе, как проповедью культа смерти я подобное воспитание назвать не могу.

Детям приводят примеры из школьных учебников, для взрослых же есть телевизор. Во всех воспитывают культ героизма. Но кто такой «герой» в современном понимании?

Герой – это тот, кто мёртв. Точка. Живых героев не бывает. Живой – недостаточно герой. Молодец, но не героичен. Героем могут назвать только после смерти, причинённой не самым приятным образом.

А тот, кто каждый день и помогает, и жизни спасает, и защищает, и вообще постоянно в поте лица доказывает небесполезность существования хомо сапиенса на этой несчастной планете – тот продолжает себе трудиться. И, видимо, только в своё удовольствие. Его же воспринимают как нечто имманентное, нечто, что никуда не пропадет и не денется, не так ли?

Равно, как и на фронтах, и в окопах абсолютно любой войны. Как минувших мировых, так и близких современных. Мы знаем только о тех героях, о которых нам рассказывают. Правда, позволенная свыше. Не зная о тех, благодаря которым…

Вспомним книжки.

Закрыл грудью амбразуру – герой. Протаранил самолёт – герой. Убил вагон условных врагов – герой. Это ярчайшие примеры, культивируемые до сих пор.

Иногда это называется патриотическим воспитанием. И получается, что патриотизм в нынешнем понимании – смерть за Родину. Чтобы молодые неокрепшие умы всецело проникались этими мантрами, для них эта почетная смерть романтизируется донельзя. Приводятся примеры уже мертвых, рассказы о том, какие они молодцы и как их в Вальхалле ублажают валькирии…

Хотя что-то меня уже понесло. Вернемся к конструктиву.

Романтизация смерти и деперсонализация врага – главные условия для героизма. Естественно, я говорю не о живых. Для меня ярчайший пример практически любого (шаблонного) рассказа о героях – северокорейские тексты о корейской войне 50-х годов. Гордые антиимпериалисты под знаменем Ким Ир Сена умирают за свою Родину. После этого им ставят памятники, к которым приходит сам Великий Полководец и Вечный Президент.

Запомнили. Это, ещё раз повторюсь, шаблон.

А потом я задумался – о’кей, раз речь идёт о героизме на войнах, то давай, Боря, попробуем охватить ситуацию в целом. Те, кто начинает, ведёт и заканчивает войну, занимается организацией боёв, перемещением войск и т.п. – почему-то всегда остаются живы. Главы государств, правительств, ставки – уж не они ли та «Родина», за которую умерли герои?

А что есть той Родиной, которую учат любить и воспитывают готовность умереть за неё в нынешнем поколении.

Моё наблюдение:

те представители этой нашей Родины, громче всего топящие за подобное воспитание, уже давно взяли на себя бремя мыслить за остальных.

А зная, что в этом мире ничто и никогда не делается за просто так, возникает вполне резонный вопрос: «А они-то какую цель преследуют?».

Получается, за родителей уже сделали выбор, а за детей подумают. Зачем растить здоровый ум, который потратит свои силы и умения на благо себя и страны, если можно быть героем!

Неужели они хотят быть той Родиной, за которую нужно умирать?

Я не хочу в это верить. Но, учитывая то, какие модели нынешнего патриотического воспитания используются, положительный ответ на этот вопрос мне кажется всё более правдоподобным.

И сменится эпоха, и умрут новые герои, на которых будут равняться будущие граждане.

А я всё так же буду думать, почему всё-таки за Родину гораздо более почётно умирать, чем жить?

Автор: Борис Бобров

Автор
Борис Бобров
За Родину: умереть почетнее, чем жить